Не только политика
В Барнауле родилась звезда мировой оперы


Анонсы

Баннер

Баннер

ОБЛАКО ТЭГОВ

Владимир Рыжков в эфире радио "Свобода": Ждет ли Россию торжество реакции?

Михаил Соколов:  Мы сегодня говорим о разнообразных событиях, которые формируют политическую повестку дня. Я не могу не начать наш разговор с события, которое произошло буквально несколько минут назад.
Владимир Путин заявил, что он никогда не венчался, и его развод с женой — это обоюдное желание. Что же происходит? Тема развода президента России не сходит с первых страниц буквально уже несколько дней, привлекает огромное внимание. Такое впечатление, что она становится политическим событием.

Владимир Рыжков, почему такой интерес, почему вот развод Путина или его венчание волнуют российскую публику?
 
Владимир Рыжков: Когда Николя Саркози, французский президент, разводился, женился на Карле Бруни, вся Франция об этом не говорила и не писала? Однозначно. Или когда появились фотки Ангелы Меркель в молодости. Или когда была история Моники Левински с Биллом Клинтоном.

Вполне естественная вещь, все, что связано с личной жизнью первого лица в государстве, всегда вызывает жгучий интерес публики. А уж когда первое лицо государства женится или разводится — это просто всегда сенсация. Поэтому здесь нет ничего удивительно.

Вопрос в том, как это повлияет на позиции самого Владимира Путина. Потому что он позиционирует себя как консерватор, как приверженец традиционных ценностей, в том числе и ценностей семьи, священного брака и так далее. Он апеллирует не к белоленточникам с Болотной площади, которые за всяческий либерализм, а он апеллирует к условному «Уралвагонзаводу», где эти ценности считаются очень крепкими.

Я пока не видел никаких свежих опросов на эту тему, по всей видимости, они не успели подоспеть. Полагаю, что мы увидим, как это отразится.
 
Михаил Соколов: Я не понимаю, зачем «Уралвагонзаводу» сообщать, что ты никогда не венчался? Можно было бы промолчать.
 
Владимир Рыжков: Дело в том, что не сообщать было бы еще хуже, потому что поползли бы слухи, поползли бы разговоры, поползли бы версии, появились бы в интернете всякие гимнастки очередные, и это нанесло бы еще больший ущерб.
 
Михаил Соколов: Пришлось раскрыться?
 
Владимир Рыжков: Они решили, что ущерб от раскрытия меньше, чем ущерб от того, чтобы сделать это в тайне.
 
Михаил Соколов: Модест, меня, например, радует то, что Владимир Путин сегодня сообщил. Получается, что он не такой ортодоксальный православный человек, как казалось, когда он стоит в соборе со свечкой. Фактически этот образ разрушается.

И не сбывается мечта какого-нибудь Кирилла Фролова, православного политолога, о которой, он сегодня на съезде ОНФ говорил. Он верит, что будет «партия исторической России», «возвращение страны на тысячелетний православный державный безальтернативный путь. А все это получается миф в условиях личной власти Владимира Путина. Так это или нет?
 
Модест Колеров: Я не думаю, что это противоречит практическому православию, потому что в пасхальном православном чине прямо сказано: придите все постящиеся и не постящиеся, крестящиеся и не крестящиеся.

Не надо просто запугивать самого себя православным Ираном, и тогда любой человеческий поступок будет нормальным. А уж тем более, я думаю, на «Уралвагонзаводе» не более 10% прошли через церковный брак.
 
Михаил Соколов: То есть все нормально, можно жить с этим дальше.
 
Давайте поговорим о других событиях.

Итак, этот съезд Народного фронта, который проходит в эти дни, второй день этого съезда придется на День России. И по всей видимости, как это задано по сценарию, Владимир Путин возглавит эту организацию. Что же происходит: была «Единая Россия», а теперь Народный фонд.
Владимир, что случилось с «Единой Россией», она утонула?

 
Владимир Рыжков: Да нет, она не утонула. Дело в том, что просто это попытка расширить социальную поддержку и в какой-то степени это конструирование корпоративистского государства.

В классических корпоративистских государствах объединения промышленников, профсоюзы, политические партии, аграрии, молодежь, все должны быть встроены в систему власти. Ленин это называл приводными ремнями, по-моему, в статье 21 или 22 года. Была дискуссия о профсоюзах, Ленин говорил тогда, что профсоюзы должны стать приводным ремнем диктатуры пролетариата. Поэтому это корпоративистское государство.

Не случайно глава российских профсоюзов (ФНПР) Шмаков уже вошел в этот фронт. Не случайно несколько лоялистских партий вошли, в частности, Дмитрий Рогозин и его «Родина» уже вошли. Уже скребутся в двери, как я слышал, Жириновский и Миронов, то есть ЛДПР и «Справедливая Россия».
 
Михаил Соколов: Они пока гонцов в эксперты посылают.
 
Владимир Рыжков: Всяческие трудовые коллективы, целыми трудовыми коллективами, целыми «сельмашами» входят в Объединенный народный фронт.
То есть это с одной стороны попытка расширить сужающуюся социальную базу «Единой России», которая действительно сужается, с другой стороны это попытка построить корпоративистское государство, где все основные профессиональные, социальные группы включены в систему корпорации, в систему приводных ремней действующей власти.
 
Михаил Соколов: Модест, на что это больше похоже — на гитлеровскую Германию или на фашистскую Италию Муссолини? И там, и там эта система использовалась.
 
Владимир Рыжков: У Гитлера тоже был Народный фронт, куда входили молодежь, куда входили, работодатели.
 
Михаил Соколов: Там была полная унификация, вместо нескольких творческих союзов, например, создавался один.
 
Модест Колеров: Мне кажется, эта аналогия ложная, потому что она родилась из очень популярной, как вы помните, в ревизионистские 80-е годы теории народного фронта, которая вдохновлялась примером народного фронта во Франции, куда можно было войти не только коммунистам, но и социал-демократам и так далее.
Я думаю, что в сознании конструкторов Общероссийского народного фронта не это. И вот почему. Если проводить аналогию с корпоративистским государством, то тогда надо сказать: а что, ИНСОР имени Медведева представлен Юргенсом? Какую корпорацию представляет Юргенс?
 
Михаил Соколов: Игорь Юргенс, кстати, возглавил Ассоциацию страховщиков.
 
Владимир Рыжков: Это чисто корпоративный подход. Юргенс вошел в Народный фронт, и Юргенс представляет определенную часть лоялистской элиты.
 
Модест Колеров: Но не корпорацию!
 
Михаил Соколов: В данном случае у него есть корпоративная должность — президент ассоциации страховщиков.
 
Владимир Рыжков: Подтверждает, нежели опровергает эту теорию. Потому что он пришел со своими страховщиками.
 
Модест Колеров: Если бы они еще знали, что его, они бы его не избрали. Все-таки бизнес суровый.
Я думаю, что здесь все-таки сказка не о расширении социальной базы «Единой России», которая уже, наверное, не так важна для Путина. У него какое-то свое представление о своем политическом пути, и его акты искренности — это, безусловно, его личные акты искренности, а не политические акты.
 
Михаил Соколов: Вы хотите сказать, что Владимир Путин сам все это придумал, а не володинские политтехнологи современной волны ему нарисовали некий сценарий?
 
Модест Колеров: Я в этом абсолютно убежден. Что касается все-таки, как я называл бы, создание Народного фронта, я думаю, что партия власти, правящая бюрократия, очень сильно ожегшись на истории 2011 года с либеральным правительством, поняв, что либеральная политика даже нынешнего правительства резко сужает социальную базу, социалистическую базу, нащупывает модель новой коалиции.
Не случайно Кудрин говорит, что у нас нет оппозиции, пока нет партии.
Игроком новой коалиции с либеральной стороны будет Кудрин, а вот с социалистической стороны может быть кто-то из Народного фронта. Потому что действующее правительство, либеральное правительство показывает, что тандемный баланс был серией взаимных ошибок и разрушительных друг для друга ошибок. Они ищут новую коалицию.
 
Михаил Соколов: Владимир, как вам такая теория?
 
Владимир Рыжков: То, что этот корпоративизм сдвигается одновременно в социализм, я с Модестом согласен. Потому что мы видим, что продолжается поглощение госсектора частным сектором. И последняя крупнейшая сделка — это когда «Роснефть» поглотила ТНК ВР.
 
Модест Колеров: Может быть это госкапитализм?
 
Владимир Рыжков: Это госкапитализм, но одновременно мы видим, что растет госсектор и растет число бюджетников всех видов.
 
Михаил Соколов: Учится у Чавеса?
 
Владимир Рыжков: То есть идет социализация общества в том смысле, что растет число людей, непосредственно кормящихся у государства. И растет то, о чем вы сказали, растет риторика. Не случайно на встрече ОНФ последней в Ростове-на-Дону, если ее смотрели, там однозначно была социалистическая риторика. «Золотые парашюты» - это как раз элемент корпоративного государства.
 
Модест Колеров: А это не есть попытка сидеть на двух стульях?
 
Владимир Рыжков: Проблема с социализацией, понятно, как Путин, так и Эрдоган в Турции пытаются сплотить большинство, и больше на исламской основе, Путин больше на патерналистской основе.

Но проблема с этим проектом будет в том, что ценой за этот проект будет остановка в развитии. Потому что чем больше госсектор, чем больше выплачивается социальных вещей при слабой экономике, чем больше бежит креативных людей из страны, чем больше бежит капитал.
38% из тех, кто хотят покинуть страну — предприниматели. На первом месте студенты, 45% - это последний Левада-центр - на втором месте предприниматели 38%, и самая поразительная цифра, на третьем месте ,кто хочет покинуть страну — чиновники, 33%.

 Так вот, Путин может попытаться нащупать эту новую коалицию, левую коалицию корпоратистского типа, патерналистского типа, но ценой будет остановка развития страны. Потому что он уже вошел в конфликт с креативными слоями, с творческими слоями, с производительными слоями.
 
Готов ли Путин заплатить за контроль развитием страны, будущим страны - вот в чем вопрос, в этом его дилемма.
 
Модест Колеров: Не разделяю эту схему, потому что эта схема развития, она либерал-дарвинистская, она давно умерла. Нет нигде в реальной экономике дарвинистской схемы.
85% старшеклассников в свободной Латвии хотят уехать. И что это доказывает?
 
Владимир Рыжков: По другим причинам.
 
Модест Колеров: Вот видишь ли, Юра, начинается…
 
Владимир Рыжков: По другим причинам, мы понимаем — по каким. Единый рынок Европейского союза, свобода передвижения, естественно, они едут туда. Здесь другие совершенно мотивы. Здесь отсутствие перспектив, невозможность уехать, закрытые де-факто границы, потому что экономический барьер. 22% населения страны, была бы возможность, покинули бы Россию.

Дилемма Путина в том, что он может построить лево-патерналистскую коалицию, но ценой будет остановка развития страны.

Вы говорите, что нет связи. А как вы объясните, что последние годы развитие замедляется. Самый плохой год сегодня — 1% экономический рост.

Михаил Соколов: И бегство капитала.!
 
Владимир Рыжков: Гигантское бегство капитала. Игнатьев называет 50 миллиардов долларов за первый квартал. Только 2% россиян по опросам готовы заняться бизнесом и хотели бы открыть свой бизнес при том, что в Европейском союзе 26%. То есть фактически нет никаких стимулов к развитию.
 
Михаил Соколов: И в то же время 41% считают Владимира Путина идеальным президентом.
 
Модест Колеров: Максимальные цифры роста в Китае, а минимальные в либеральных экономиках, по вашему мнению.
 
Владимир Рыжков: США быстрее развивается, чем Россия. У них 3,5%, у нас 1%.
 
Модест Колеров: Как только мы начинаем класть наши схемы на реальную плоскость, все рушится. Это агитация, я не люблю агитацию.
 
Владимир Рыжков: Вся моя агитация состоит из цифр.
 
Модест Колеров: Произвольно изъятых из контекста цифр, потому что вы не сравниваете эти цифры с китайскими.
 
Владимир Рыжков: Почему, я могу сравнить: мы хуже гораздо развиваемся, чем Китай.
 
Модест Колеров: Значит там свободнее.
 
Михаил Соколов: Нет, там есть правила игры.
 
Модест Колеров: Так значит развитие может основываться на других основах?
 
Владимир Рыжков: Может. Но у нас нет этих основ.
 
Модест Колеров: На корпоративных.
 
Владимир Рыжков: Китай не корпоративное государство. Китай - это государство, где гораздо более открытая рыночная экономика, чем в России, гораздо менее монополизированная, гораздо более конкурентная, с гораздо лучшим инвестиционным климатом.


Радио Свобода

11 июня 2013

Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи. Зарегистрироваться сейчас


Разделы новостей

В мире
В стране
На Алтае
Все о выборах




Забыли пароль?

Регистрация на сайте

Календарь
<< Июнь 2013 >>
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30            
Новости в стране

25 апреля 2017
Госдума выйдет в шесть соцсетей

14 апреля 2017
СМИ: безработных россиян планируют лишить медицинской страховки

14 апреля 2017
СМИ: безработных россиян планируют лишить медицинской страховки

06 апреля 2017
Число бедных в России в 2016 году увеличилось на 300 тысяч человек

06 апреля 2017
Организованные Навальным протесты одобряют 38% россиян – «Левада-центр»

06 апреля 2017
Правительство попросили раскрыть список освобожденных Путиным от налогов россиян

06 апреля 2017
Страна ждет отставки Медведева: рейтинг премьера оказался ниже Жириновского

06 апреля 2017
Первый канал их не покажет. Зато они покажут властям

Всё о выборах Фотографии Аудио Видео

Подписаться на новости
RSS
ГлавнаяНовостиБиографияМои выступления, статьиМнения, аналитикаКонференции, семинарыФото, видеоКонтактная информацияАрхив
Владимир Рыжков