Не только политика
В Барнауле родилась звезда мировой оперы


Анонсы

Баннер

Баннер

ОБЛАКО ТЭГОВ

Россия в ВТО – основные последствия

Еще до того, как я выслушал выступление г-на Зальбера, у меня было сдержанное отношение к тому, что я хотел вам рассказать. Нужно четко понимать, что ВТО – это международная организация, которая регулирует правила внешней торговли. И каждая новая страна, которая вступает в эту организацию, должна вести переговоры со всеми ее участниками. Естественно, к новому участнику предъявляется всегда больше требований. Мне кажется, что г-н Зальбер сильно облегчил мою задачу тем, что очень четко рассказал, что вступление в ВТО для России не подарок, и нам не следует ожидать дождя каких-то благ после того, как Россия вступит в эту организацию.

Диалог о вступлении России в ВТО ведется с 1993 г., в 1996 г. президенты Клинтон и Ельцин заявили о том, что с 1996 г. Россия вступит в ВТО и в Организацию экономического сотрудничества и развития одновременно, но, тем не менее, переговоры начались только через 3 года. И сейчас есть политическое решение, что Россия до конца этого года должна вступить в эту организацию. Как люди, живущие в этой стране, мы хорошо понимаем, что если это решение принято, скорее всего, оно будет выполнено.

Сегодня ни у кого не должно быть никаких иллюзий, что вступление в ВТО – это подарок для России, что все нас там ждут с распростертыми объятиями. Ничего подобного. И это не только по отношению к России, так со всеми ведутся переговоры. И Китай тоже не так давно, пожертвовав чем-то, вступил в эту организацию, понимая, что он приобретает новые возможности на перспективу.

Главная особенность нашей ситуации состоит в том, что в России, во властных структурах и в обществе нет однозначного понимания, нужно ли России вступление в ВТО. Мне кажется, что одна из коренных причин этого то, что наша страна до сих пор не интегрирована в мировую экономику. Ведь 50 % российского экспорта – это нефть, нефтепродукты, газ. На экспорт этих продуктов нет никакого ограничения. Еще примерно 25 % нашего экспорта – это металлы, древесина, продукция неглубокой химии. За исключением черных металлов, на остальные виды продукции тоже нет ограничений. И поэтому сказать, что российский экспорт сталкивается с какими-то серьезными запретами, невозможно. Эксперты Министерства экономического развития считают, что Россия теряет два-три, кто-то называет 5 млрд долларов на рынке, который могла бы завоевать. Но при объеме российского экспорта в 185 млрд долларов прирост на 2-3 % – это не та задача, ради которой наши переговорщики должны бится.

Мне кажется, что вступление России в ВТО давало для российского правительства хороший шанс определить свою среднесрочную программу действий, программу структурной реформы экономики, причем не на словах, а реально определить и зафиксировать, что нужно сделать в различных сферах. Китай, например, в свое время этим хорошо воспользовался. Если посмотреть условия присоединения Китая к ВТО, видно, что там написана программа либерализации китайской экономики на ближайшие 10 лет.

Россия пошла другим путем. Я когда готовился к выступлению, минут 40 просидел у Интернета, пытаясь найти перечень несогласованных условий, которые Россия уже на себя взяла, вступая в ВТО. Выяснилось, что такой информации в публичном доступе нет. Для граждан нашей страны большой загадкой является ход переговоров, что от России требуют, на что Россия уже согласилась, и вообще, что нашу страну ожидает после того, как она вступит в ВТО. И вот в этот момент, честно говоря, мне стало страшно.

Я сторонник вступления России в ВТО, потому что этот шаг открывает российскую экономику, а для реального развития мы должны это делать. Вступление в ВТО позволяет нам сдвинуться с мертвой точки. Получается, как со 122-м законом. У меня есть подозрения, что все эти переговоры и то, что мы получим на выходе, будет напоминать ситуацию с монетизацией. Отказ правительства от открытой дискуссии по 122-му закону привел к тому, что мы получили массовый социальный протест. Причем основную массу ошибок, о которых говорил г-н Калашников, можно было предотвратить. Это же не ошибка машинистки, которая вместо числа 10 написала число 12 или 15. Это непрофессионализм людей, которые работали над законом.

Мне кажется, что нас ожидает такая же неожиданность, когда Россия вступит в ВТО – вдруг мы все узнаем об огромном наборе принятых обязательств, об изменении «правил игры» в отдельных секторах экономики. А дальше начнется традиционное невыполнение Россией своих международных обязательств. Я хочу напомнить, что у нас есть такой яркий пример поведения нашей страны – обязательства при вступлении в Совет Европы. Многое из обязательств 1996 г. еще не выполнено.

Говоря о перспективах разрешения имеющихся ключевых спорных вопросов, я думаю, что американская позиция относительно российского авиастроения будет принята. И самое главное, что все принятые на себя обязательства российское правительство выполнит. Пошлины на самолеты мы отменим сразу – американцы своего добьются. А выполнения каких-то других решений, например по защите интеллектуальной собственности, мы будем ждать годами.

Самое печальное в российской части дискуссии – это то, что российская переговорная позиция не позволяет определить, как Россия намерена защищать свои интересы. За 6 лет переговоров с ВТО российское Министерство сельского хозяйства вместе со всеми другими ведомствами так и не смогли сформулировать принципы поддержки сельского хозяйства. Давид Якобашвили вчера говорил, что страны ЕЭС поддерживают свое сельское хозяйство, США тоже поддерживают, но России ведь тоже никто это не запрещал. Просто у нас спрашивают, какими методами мы хотим это делать. А мы объяснить не можем, у нас это военная тайна. И получается такая закономерная вещь, как у Черномырдина: «Хотели как лучше, получилось как всегда».

Последний сюжет на тему цен на энергоносители. Я, честно говоря, не очень бы волновался в этой связи, вот по каким причинам. С одной стороны, от России требуют, чтобы внутренние цены на газ поднялись до уровня реальных издержек. На сегодня внутренняя цена на газ 25 долларов, а издержки, которые декларирует «Газпром», находятся на уровне 40 долларов. И, в принципе, можно за несколько лет повысить цены на газ с 25 до 40 долларов, что, скорее всего, и произойдет уже хотя бы за счет инфляции. Но, с другой стороны, экономика газовой отрасли в России в значительной степени непрозрачна. Налаживание контроля за издержками в «Газпроме», либерализация внутреннего рынка газа, организация доступа независимых производителей газа к трубе позволят опустить эту планку ниже 40 долларов. Поэтому, как мне кажется, это не самое страшное, что нас ожидает.

Подводя итог, хочу сказать, что, с одной стороны, вступление России в ВТО – это выигрыш, а с другой стороны, я боюсь, что этот шаг создаст нам большие сложности.

 

Сергей Алексашенко

Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи. Зарегистрироваться сейчас




Забыли пароль?

Регистрация на сайте

Календарь
<< Февраль 2006 >>
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28        
Новости в стране

25 апреля 2017
Госдума выйдет в шесть соцсетей

14 апреля 2017
СМИ: безработных россиян планируют лишить медицинской страховки

14 апреля 2017
СМИ: безработных россиян планируют лишить медицинской страховки

06 апреля 2017
Число бедных в России в 2016 году увеличилось на 300 тысяч человек

06 апреля 2017
Организованные Навальным протесты одобряют 38% россиян – «Левада-центр»

06 апреля 2017
Правительство попросили раскрыть список освобожденных Путиным от налогов россиян

06 апреля 2017
Страна ждет отставки Медведева: рейтинг премьера оказался ниже Жириновского

06 апреля 2017
Первый канал их не покажет. Зато они покажут властям

Всё о выборах Фотографии Аудио Видео

Подписаться на новости
RSS
ГлавнаяНовостиБиографияМои выступления, статьиМнения, аналитикаКонференции, семинарыФото, видеоКонтактная информацияАрхив
Владимир Рыжков